ПАУЧОК

паучокМаленький паучок ехал на заднем стекле автобуса. На его внешней стороне.

Прилепился своими маленькими лапками к гладкой поверхности стекла и ехал себе по своим делам.

Я тоже ехал по своим делам. Стоял на задней площадке автобуса и смотрел через стекло на маленького паучка, ехавшего снаружи.

Видимо, очень порядочный был паучок, и дела у него, видимо, были очень срочные и важные.

«Раз уж нет денег на проезд, а ехать очень нужно, — наверное, думал он, — что ж делать, поеду без билета. Но ехать бесплатно внутри автобуса совсем уж неудобно, поэтому поеду снаружи. Так будет, все-таки, честнее...»

Погода портилась. Небо быстро темнело от надвигающейся иссиня черной грозовой тучи. Постепенно усиливался ветер, все больше тревожа ветви растущих у дороги деревьев. Пассажиры с резкими хлопками позакрывали все форточки в салоне автобуса и притихли, с тревогой посматривая на происходящее снаружи.

Вдруг стало совсем темно, как будто наступила грохочущая ночь, прерываемая лишь всполохами розовых молний. На стекле появились первые крупные капли дождя. Но ни одна из них не сумела попасть в паучка, который продолжал спокойно ехать на стекле как ни в чем не бывало.

Дождевые капли стали сливаться в ручейки. И вот один из них потек все ближе и ближе к паучку. Вот накрыл его с головой. Паучок задержал дыхание и покрепче вцепился своими маленькими лапками в стекло. Ручеек еще какое-то время потек по паучку и потихоньку отошел от него прочь.

Но тут налетел сильный порыв ветра, от которого ручейки на заднем стекле потекли почти горизонтально. Некоторые из них старались достать до паучка и смыть его со стекла. А он, несмотря на это, каким-то чудом продолжал удерживаться на стекле.

Ветер дул все сильнее, дождь превратился в ливень и по стеклу текли уже не отдельные ручейки, а сплошной поток. И паучок был полностью накрыт этим потоком. Вокруг все грохотало и сверкало от непрекращающихся вспышек молний. А паучок продолжал ехать на стекле, видимо, совсем уже не дыша, сохраняя при этом потрясающее спокойствие, и только все плотнее вжимаясь в стекло. Что помогало ему удерживаться на совершенно гладкой поверхности под ураганными порывами ветра и ливнем, надолго накрывшем его с головой, было уже совершенно непонятно. Я смотрел на паучка и поражался этой абсолютно нереальной картине, происходящей за стеклом. А паучок, казалось, был совершенно невозмутим.

Понемногу гроза начала затихать. Ветер дул уже не так резко и сильно. Ливень потихоньку стал переходить в обычный дождь. Сплошной поток воды, лившейся по заднему стеклу, стал разделяться на отдельные ручейки, а ручейки – на капли. Молнии и грохочущий гром отдалялись все дальше и дальше. За окном автобуса заметно посветлело. Посветлели и лица пассажиров, бывшие до этого хмурыми и даже встревоженными. В салоне опять зашумели людские голоса.

Паучок, по-прежнему, ехал на заднем стекле и весь вид его говорил примерно о следующем: «Ну, бывают в жизни мелкие неприятности, так что ж теперь обращать на них внимание? Из-за какой-то ерунды отменять важную поездку? Нет уж, дудки!»

Сделав кучу брызг из дорожной лужи, автобус подъехал к моей остановке.

Я вышел во влажную прохладу тихого летнего вечера. А маленький паучок поехал дальше, крепко держась за совершенно гладкую поверхность заднего стекла автобуса.

На прощание я не удержался и помахал ему рукой, пожелав удачи на оставшейся, теперь уже не представляющей опасности, дороге.

Ваше мнение очень важно для меня!
Пожалуйста, оставьте комментарий!